портал для профессионалов и любителей
неигрового кино
регистрация

Документальное кино с Натальей Гугуевой 

15.08.2013 - 21:59 - Документальное кино с Натальей Гугуевой

Cреди её фильмов — «Форсаж», «Тимур. История последнего полета», «Костя Цзю. Быть первым» (совм. с А. Коганом), «Страсти по Солоницыну», «Владимир Высоцкий и Марина Влади. Последний поцелуй» (совм. с А. Коганом), «Улыбка Гагарина» (совм. с А. Коганом), «Жизнь всегда конкретна», «Кто такой этот Кустурица?». Ее работы привлекают широкую зрительскую аудиторию, критиков и профессионалов кино, а сама она является лауреатом и номинантом премий «ТЭФИ», «ЛАВР», «НИКА», «Золотой орел», призером всероссийских и международных кинофестивалей

— Наталия, что есть документалистика для вас? Как Вы к ней пришли?

— Во ВГИКе я оканчивала игровую мастерскую и документальным кино не собиралась заниматься, мне казалось, что это не мое. Из института вышла в 1998 году, в это время случился финансовый кризис, и с игровым кино, с его финансированием, стало совсем плохо. Я в тот период собирала материал для сценария игровой картины о летчиках — увлеклась и поняла, что на нем можно сделать документальную работу (это как раз был будущий фильм «Форсаж»). Хотя еще во ВГИКе я сдавала курсовую работу по дисциплине «Документальное кино», которая мне тогда казалась не очень привлекательной. И написала сценарий документального фильма о цирковых артистах, о драматической истории взаимоотношений в одной цирковой семье. Уже после окончания ВГИКа по этой истории я сняла документальный фильм «Двое и одна».

— И все же можно считать «Форсаж» первой ласточкой? Фильм, который принес вам более двадцати наград на всероссийских и международных фестивалях. Эта картина тем более любопытна, что взята сугубо мужская — воинская — тема: история и судьба советской палубной авиации, более того, в переломный момент — в годы распада СССР. Мужские понятия, мужская жизнь: армия, воинский долг, присяга, экстремальные ситуации. И женская съемочная команда, женское видение: вы и оператор Ирина Уральская.

— До встречи с героем России, летчиком-истребителем Тимуром Апакидзе я вообще не имела никакого отношения к армии, к авиации, и никогда этим не интересовалась. Но, работая над фильмом, я полностью погрузилась — и в материал, и в саму эту жизнь, полную трудностей и опасностей — и в то же время интересную и захватывающую. Съемки проходили в воинском гарнизоне на Украине и на авианосце «Адмирал Кузнецов», причем разрешения на них добился именно Тимур.

«Форсаж» — фильм о тяжелом периоде в истории страны, в истории русско-украинских отношений: распадался Советский Союз, рушилась армия и флот, расформировывались военные подразделения, обрывались дружеские и семейные связи — и это было не менее драматично, чем, скажем, Гражданская война в начале прошлого века. Мне важно было рассмотреть именно вертикаль: страна — армия — полк — семья. Хотелось показать, что если сверху развал и разлад, то дальше — по вертикали — разрушается и все остальное. Вплоть до семьи (где муж — русский офицер, а жена — украинка). Таких историй в фильме много, но сюжетообразующая — история Тимура Апакидзе, военного летчика, командира и наставника, в судьбе которого, как в зеркале, отразились происходящие в стране процессы. Вопросы, стоявшие перед ним: родина, ответственность, профессионализм, воинский долг и воинская честь, командирские обязанности — не были пустым звуком. Действовать на пределе возможностей, исполнять свой долг до конца — так он жил, этому он учил своих бойцов. Трагическая гибель Тимура была в какой-то степени предопределена всей его жизнью, мироощущением, высотой установленной им для себя планки — он разбился во время показательных летных выступлений: не пошел на катапультирование, сажая самолет в трудных условиях.

— Когда режиссера увлекает тема — кино получается живое, смотрится на одном дыхании, безотрывно. Для меня, в свое время, стало открытием, что документальное кино можно смотреть как игровое, можно сравнивать их по динамике и остроте. Только в документальном — живые эмоции, живые люди, нет никакой наигранности, вообще нет игры, только жизнь как она есть — и она часто богаче, чем любые художественные средства выражения.

Продолжение интервью читайте ЗДЕСЬ